gaurven: (melody of love)
Кладбище Пасси, занесённое первым снегом, было полупустым. Могильщик, ещё недавно ковырявший холодную землю лопатой, влачил свой инструмент к ветхому сарайчику на самом краю, и только проводил глазами женщину, подкатившую только что на собственном экипаже.

...очертания всегда изменялись, когда кладбище заносило. Вот и теперь... только смахнув налипшие комья с нескольких плит, она нашла нужную.
Авель Кемин де Нюйт...
Губы по привычке произнесли имя сами. Жак спохватилась, замолчав, постояла немного, глядя на серый камень.
Как странно. Как это странно - умереть, исчезнуть из этого мира, из памяти, уйти навсегда, чтобы после остался только этот камень и надпись... Казалось, совсем недавно... это было совсем недавно...
Развернуть листок. )
gaurven: (soledad)
Ужинала она рано, и рано легла. Нога, натёртая на прогулке и натруженная в сегодняшнем торговом марафоне, безбожно ныла. Де Брюи почувствовала, как она устала на самом деле. Прошлая бессонная ночь, да ещё шампанское вперемешку с кофе... пожалуй, Жак переборщила и с тем, и с другим.
Или она стареет?.. Жуткая мысль.
Мало того, что глаза слипались, а голова болела - проклятый сон снова улизнул прочь. Поднявшись, мадам прошла по спальне, мимоходом кинув взгляд на тахту, заваленную разноцветными пакетами и коробками. Покупки прислали вовремя, а вот заказанную брошь пообещали доставить завтра.
Завтра так завтра...
Жаклин поняла, что уснуть просто так не сможет, и потёрла виски. Наверное, придётся воспользоваться советом мсье Майкла, и обеспечить себе крепкий сон как-нибудь иначе. Ни о каких прогулках она и думать не могла. На столике, где Розмари оставила волшебные коробочки с пилюлями доктора Дугласа, лежал ворох бумаги и перо. То самое, без чернильницы. Наливая себе стакан фруктовой воды из графина, Жак поднесла один лист к глазам... усмехнулась. Завтра надо сжечь это всё. Бессмысленное и бесполезное занятие, не облегчающее душу.
И зачем только она их записывает? Самовлюблённая дура...
Поморщившись - пилюля оказалась на редкость горькой - мадам вернулась в постель. Сон навалился почти сразу, как тяжёлое одеяло, и она уплыла, повторяя про себя несколько строк, приговорённые к сожжению утром...

У забвения тминный привкус,
соль и запах твоих небес.
У судьбы некрасивый прикус
и цепной тупорылый бес.

Лишь осталось лежать и бредить,
проклиная себя саму.
Ночь нежданная - тёплый бредень -
увлекает меня во тьму.

У забвения запах тмина,
а у смерти - миндальный яд.
Волны катятся - мимо, мимо...
в берег пенный, в Эдема сад.
gaurven: (horse_gun)
Надо было снизить темп, надо было пощадить и без того натёртую под повязкой ногу, надо было хотя бы отшагать взмыленных лошадей, надо было хотя бы смотреть, куда она несётся, сломя голову, но Жаклин плевать хотела на все эти мелочи. Даже получив второй раз веткой по лицу, от чего на глаза вмиг навернулись слёзы, она не остановилась. Влетев во двор, спрыгнула, бросила поводья и побежала наверх, остановившись только в гостиной и отмахнувшись от взволнованной таким состоянием хозяйки Розмари. Сапоги полетели куда-то в угол, шляпка отправилась следом, а Жак упала в кресло и прикрыла глаза рукой. Бессонная ночь, падение Джереми, внезапное предложение - всё это смешалось в один огромный клубок, разобрать который в данный момент у неё не было ни сил, ни желания.
- Кофе, Роз.. - устало произнесла она, не убирая ладони, - ..кофе, бренди и, пожалуй, всё. -
Развернуть листок. )
gaurven: (amore)
Со временем боль утихла. Жак научилась терпеть оказываемое ей внимание, и - женская изворотливость не имеет границ - отказывать под самыми разными предлогами. К счастью, возраст и темперамент герцога были таковы, что супружеский долг не превратился в ежедневную экзекуцию, однако продолжал оставаться неприятен. Юная герцогиня утешалась на других поприщах, благо, доходы позволяли, а в приглашениях на приёмы и праздники не было недостатка. Правда, Жаклин недолюбливала официальные мероприятия, где приходилось довольствоваться учтивой болтовнёй вместо танцев, однако и из них она умудрялась извлекать пользу. Традиционный Осенний Бал, правда, отличался от подобного в лучшую сторону, и Жак не давала себе отдыха, пока супруг чинно разговаривал с группой таких же солидных кавалеров в сторонке.
Развернуть листок. )
gaurven: (Default)
Жаклин оборвала уже третий цветок, когда ворота бесшумно начали открываться. И хотя Розмари, которая должна была предупредить мадам, безмолвствовала, Жак бросила своё занятие и обернулась. Нет... нет, это привезли сено для лошадей, неуклюжего вида безлошадная повозка поворачивала с центральной дорожки на объездную, и мадам с досадой отвернулась. Кончики пальцев на светлых перчатках были перемазаны цветочной пыльцой, а на левой темнела полоса: Жаклин так сильно сжимала ладонь, волнуясь, что давешний порез никак не мог затянуться.
Боже мой, я положительно сойду с ума сегодня...
Гравий хрустнул под изящной ножкой, и мадам принялась сшибать хлыстом пышные головки гербер. Бедных, ни в чём не повинных цветов.
Господи, за что мне это?..
Она, наконец, оставила клумбу в покое и зашагала по саду.  Несмотря на внешнее спокойствие и улыбчивость, Жак была сама не своя. Да что же это такое? Как будто никто из её кавалеров никогда до этого не дрался на дуэли, в самом-то деле. Ей вдруг пришло в голову, что поговори она тогда с Альранте, этого всего можно было бы избежать. И почему она не отыскала его вчера? Возможно, ей удалось бы отговорить его от... О, боже, разве можно быть такой глупой? Что с ней творится, в самом-то деле? Жаклин остановилась, глубоко и часто дыша. Нет, нет, это не может быть ничем серьёзным. Нет, конечно. Она отвыкла от мужского внимания, почти год скрываясь в провинции Мадрида и отказывая в аудиенциях. Да, это просто с непривычки. С не-при-выч-ки.
Мадам прошла ещё несколько шагов и снова остановилась. Бросила взгляд на ворота.
Хорошо, что она оставила лошадей, велев привести их к десяти... та нервозная кобыла, должно быть, уже была бы вся в пене..
Посмотри на себя, милая, разве ты сильно отличаешься от неё?

Неровно вздохнув, Жаклин направилась обратно.

Розмари следила за ней из окна с возрастающим беспокойством. В подобном возбуждении госпожа пребывала в последний раз, когда случился инцидент с нападением на Рождественском балу, и ей с монсеньором Альранте пришлось отступать по лестнице; слава Богу, шпаги при их маскарадных костюмах были вовсе не бутафорские. Мадам, приказавшая к балу скопировать костюм мсье графа, была чудо как хороша... Роз вздохнула и вернулась на свой наблюдательный пост. С тех пор, как господа изволили разругаться, от Клода, камердинера мсье Анвилла, не было почти никаких вестей. А он был всегда так мил и обходителен с Розмари.. несмотря на то, что не имел возможности устно выразить ей свою приязнь...
gaurven: (письмо)
Весь мир покорно лёг в твою улыбку,
Горячий шёпот выгнал прочь все звуки.
Надёжнее щита укрыли руки,
И ты, судьба, качаешь страсти зыбку...

Крыла раскину, землю покидая,
Но два грузила - горечь и обида.
Так одолжи повязку мне, Фемида,
Стыдом минувшим не надоедая.

А если ты лишь сон перед рассветом,
Безумие от солнечного яда,
Бурлящее в крови до очищенья,

То до утра не признавайся в этом.
Молчание твоё - моя награда,
Душе, не заслужившей возвращенья.
gaurven: (zamok)
Поднявшись, Жаклин подошла к окну и отдёрнула штору. Солнце ещё только готовилось показать свой сияющий краешек из-за горизонта. Поняв, что ложиться просто бессмысленно, мадам повернулась и медленно отправилась в ванну. Надо было привести себя в порядок. Наверняка Роз ещё спит после ночной беготни, поэтому с кофе пусть справляется Аннет. Придирчиво рассматривая себя в большом зеркале, Жак слабо улыбнулась. Несмотря на несколько усталый и бледный вид - бессонная ночь в этот раз выбила её из колеи больше обычного - ей нравилось отражение. Проведя ладонью по коже, она вдруг поняла, что не желает ничего скрывать. Бархотки, платки, ожерелья... Пусть это всё провалится к чёрту. Жак обхватила себя руками за плечи и шагнула в душ. Холодная вода ошеломила и заставила вздрогнуть, но смыла остатки смятенных мыслей.
Развернуть листок. )
gaurven: (письмо)
Прочтя письмо, Жак некоторое время сидела за столом без движения, глядя куда-то перед собой, и явно не видя окружающей обстановки.
Чёрт бы побрал этого Блисса.
Чёрт бы побрал Альранте.
Черти бы побрали их обоих, по очереди и вместе...
Она судорожно вздохнула. Скольких неурядиц можно было избежать. Сколько... Жак вскочила из-за стола, так что конверт слетел на пол, туда же покатилась книга, несколько безделушек и шкатулка. Подумав, мадам добавила к беспорядку ещё и отправленный в угол сразмаху стул.
Мужчины!
Всегда и везде они решают, как и что должно быть, будь они прокляты! Неужели не было иного выхода?! Неужели нельзя было избежать того.. что случилось?
Развернуть листок. )
gaurven: (amore)
Жак вздохнула и открыла глаза. Голова приятно кружилась. Свет, льющийся из окон, мягкий и сумеречный, создавал такое сказочное ощущение,  что на какой-то миг она совершенно позабыла, где находится. Это её дом или тёти Амели? Край балдахина загораживал вид комнаты, и она решила приподняться, чтобы посмотреть. Рука скользнула по смятому шёлку. Надо же, в каком беспорядке постель... Встать и зажечь свет поярче? Однако воплотить решение в жизнь Жак так и не смогла: пошевелившись, мадам повернулась и оказалась нос к носу с сероглазым мужчиной, тоже едва открывшим глаза  и уже улыбающимся. Ей. В его лице было что-то детское, и в то же время.. такое чертовски привлекательное.
- Джереми... - она потянула рукой густые волосы, которые властно прижимала рука штурмана. Должно быть, они задремали... после. Приятные воспоминания накатили на Жаклин волной, и она издала звук, средний между стоном и мурлыканьем, оставив попытки освободить волосы.
- О, Джереми... -
gaurven: (Default)
Спешу любить, и пью губами губы,
Глазами жаля жадными и злыми.
Так мокрые телята, мамки вымя
Ища, бывают голодны и грубы.

Судьбы бодаю ссохшееся брюхо,
В который раз сосцы её терзая.
И под костлявым боком замерзая,
Роняю стон безрадостно и глухо.

О, дай мне влаги той, что раны лечит,
Рубцы смывая пенящейся кровью
И согревает зябнущие плечи!

Дай радости, зовущейся любовью!
Хотя бы на один холодный вечер
Пришли её сиделкой к изголовью.
gaurven: (soledad)

And if I told you that I loved you
You'd maybe think there's something wrong
I'm not a woman of too many faces
The mask I wear is one

Well, those who speak know nothin'
And find out to their cost
Like those who curse their luck in too many places
And those who fear are lost

***


Когда дверь захлопнулась,  Жак подняла глаза на Джереми. Она дрожала, но мысленно уговаривала себя не плакать. От ярости. От ярости и невыносимого чувства беспомощности. От того, что она женщина. Жен-щи-на. Существо без права сбросить этого невыносимого мужчину с лестницы.
И ещё внутри неё ледяной иглой уместилось чувство, которому она не успела отдать отчёта. Она... боялась. Боже мой, не самого графа, нет - разве подобный игрок способен поднять руку на леди, как бы ни были изощрённы его мстительные планы? Она боялась за..
Не дав себе ощутить и додумать этого до конца, Жаклин произнесла, не опуская глаз, тихо, но отчётливо:
- Да, конечно. Что ты хочешь узнать, Jeri? - совершенно неосознанно произнеся его имя на французский манер с ударением на последний слог. Слёзы упорно блестели на ресницах, но она загоняла их назад. Не смей реветь... глупая, сентиментальная, вспыльчивая корова.. не смей!
gaurven: (Default)
Жак не помнила ни сколько прошло времени, ни сколько утекло воды - это было настолько неважно и незначительно, что затерялось посреди бурного моря двоих. Вынырнув из сладкого тумана, она обнаружила себя отдыхающей в объятиях штурмана: голова склонена  на плече, а пальцы левой руки рисуют что-то на его ладони. Забытый водяной дождь продолжал литься, и вода не остывала. Кажется, какие-то флакончики попадали с полок и теперь плавали где-то поодаль, занавесь оказалась наполовину сорванной с колечек и жалобно свисала складками..
Полуприкрыв глаза, она вздохнула и потёрлась щекой о мужское плечо.
- Дже-ре-ми.. - нараспев проговорила Жак, наполняя звучание имени нежностью, - ...твоё имя следует петь, а не произносить.. - она притянула его ладонь к губам.
gaurven: (soledad)
Оставшись в каюте одна, Жак снова устроилась на рундуке с книгой. Правда, чтение её занимало меньше всего: она смотрела в окно, думала и водила пальцем по корешку. Внезапно мадам пожалела, что у неё нет гитары...
- El tiro de una piedra de Jerusalin... - когда Жак была взволнована, испанский язык брал верх над привычным французским, будто всплывая откуда-то из глубины.
- ...anduve una milla sola en la luz de la luna, - она потихоньку отстукивала ритм пальцами, вспоминая полузабытую песню. Кажется, это пела ещё мать, когда была жива.
- Y por un millen de estrellas brillaban,
  Mi corazon fue perdido en un planeta distante,
  Esto gira alrededor de la luna de abril
  que Gira en un arco de tristeza...

  Soy perdido sin usted..
  Soy perdido sin usted..

  Aunque todos mis reinos den vuelta a la arena
  y caida en el mar.

  Soy loco sobre usted,
  Soy loco sobre usted...
gaurven: (soledad)
Надо же, какая я сегодня бледная... можно не пользоваться пудрой, и так подобна отпрыску Дракулы.
После вчерашней беседы с монсеньором Питером чувствовала себя прекрасно и засыпала почти как младенец, когда на самой грани сна и бодрствования мне привиделся тот образ, сходство с которым так поразило меня во внешности монсеньора Джереми. О, как больно и ярко, будто острое лезвие прошлось, и силуэт обрисован каплями крови!..
Не смогла сдержать слёз, хотя сама себе давно уже обещала не плакать.
Опять уснула поздно.
Перепутала все молитвы и шептала что-то совершенно бессвязное. Но, Господь мой, ты читаешь сам в моем сердце.
Боюсь надоесть монсеньору Бладу своей бестолковой болтовнёй, а потому сегодня постараюсь воздержаться от встречи с ним... и с его товарищем тоже. Хотя тянет меня безумно. Капризное дитя, желающее новую игрушку - надо прекратить это немедля.

...но Боже милосердный, как бы мне хотелось произнести это имя без чопорной приставки "монсиньор".
gaurven: (Default)
Кажется, я в очередной раз схожу с ума... но это потрясающее ощущение, скидывающее с ума и тела скуку и сон, застилающее глаза и кружащее голову. О, даже если я только бабочка, которой суждено сгореть в пламени свечи - как прекрасен этот огонь!

...господи Боже, как же зовут этого симпатичного второго? Я действительно была так возбуждена, что позабыла всё на свете, или же у меня просто не хватило ума спросить?..

August 2017

S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223 242526
27 28293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 01:02 am
Powered by Dreamwidth Studios